«Битмидоры – это серьезный бизнес-проект!»
«Борис Акимов и Митя Алешковский»
Фото: vostok.today
0 92

«Битмидоры – это серьезный бизнес-проект!»

"Локальная Экономика" как основа развития сельских территорий и малых городов России. В.А.Мельниченко

Борис Акимов и Митя Алешковский — одни из первых обладателей «дальневосточного гектара» — о том, как развивать регион.

В июле прошлого года основатель благотворительного фонда «Нужна помощь», портала «Такие дела» Митя Алешковский и создатель магазина фермерских продуктов «ЛавкаЛавка» Борис Акимов отправились покорять Дальний Восток. Их целью было выбрать себе бесплатный участок по программе «Дальневосточный гектар» и организовать на нем успешный бизнес. О своих приключениях Алешковский и Акимов сняли целый сериал. Только что закончился его первый сезон, в котором будущие предприниматели наконец выбрали себе участок земли. «Новая» поговорила с Алешковским и Акимовым о том, какой бизнес они собираются развивать на Дальнем Востоке, кто станет их соседями и что больше всего удивило в их первой экспедиции.

Как вам пришла в голову эта затея?

М.А.: Я сидел и думал, как попасть в Книгу рекордов Гиннесса, но каким-нибудь легким путем. Размышляю: хм, а ведь никто еще не доехал на машине Тесла от Москвы до Владивостока. Слушай, делов-то. Потом задался вопросом: а зачем мне ехать на Дальний Восток? Надо же понять, что там делать, должно же быть какое-то оправдание этой поездке. В ходе раздумий Тесла отвалилась уже, я сконцентрировался на Дальнем Востоке. Вспомнил про дальневосточный гектар. Потом встретились с Борей. И в какой-то момент из рефлексии родилась эта идея: взять гектар. Дальний Восток может стать хорошим драйвером для людей! Никто не верит в программу дальневосточного гектара. Да никто не верит, что в России что-то вообще можно изменить, не только на Дальнем Востоке. Мы подумали: надо сделать что-то, что докажет: чуваки, все зависит от вас! Просто идите и от забора до обеда фигачьте. Философия борьбы с патернализмом — основная движущая сила у нас в «Таких делах».

— Как вы выбирали себе участок?

М.А.: Мы написали в организацию, которая называется Агентство по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке — сокращенно АРЧК. Встретились с ними в Москве — приятные, интеллигентные люди. Нам подобрали несколько участков по нашему запросу. Мы поехали их осматривать. И они все были либо заняты, либо непригодны для ведения бизнеса — на месте одного, например, было болото.

Б.А.: Мы решили выбрать место, которое считается наиболее тяжелым. Доказать: если уж там получится, значит, может получиться везде. В результате мы выбрали Еврейскую автономную область, которая на последнем месте во всех рейтингах социально-экономического развития.

М.А.: В итоге мы сами себе нашли свободный участок — в селе Башурово — и решили его брать.

— Вы же не на одном гектаре бизнес делать собираетесь?

М.А.: Гектар — это точка входа, возможность доказать, что это не обман и его реально получить. Вообще, мы хотим сделать большой кооператив на тысячу-две гектаров, чтобы туда приезжало много людей, чтобы этот кооператив давал развитие всему региону. Создать там производство, сельскохозяйственные и не только проекты, которые принесли бы прибыль всей Еврейской автономной области.

— Вы верите, что таких сумасшедших, как вы, найдется на две тысячи гектаров?

М.А.: Еще до того, как мы начали, нас завалили письмами со всей страны: возьмите нас с собой, мы тоже возьмем гектар. Но любого желающего мы брать не будем — не все видят в гектаре ценность. Мы будем брать только тех, кто готов разделить наши ценности, стремиться к таким же целям, готов инвестировать в это деньги. Будут разные варианты участия: можно приехать и создать свое производство на месте, можно материально поучаствовать в общем производстве и вообще не ехать туда. Люди хотят что-то делать на этих гектарах, просто не знают как, не видят примеров.

Б.А.: Я уверен, что такие люди найдутся. Идея в том, чтобы объединить тех, кто готов переехать, кто готов взять гектар и отдать его в управление кооператива, тех, кто живет там уже, но нуждается в работе, присоединении к кооперативу.

— Как ощущение, сможете конкурировать с китайцами?

М.А.: Они уже и так заняли всю возможную землю. Когда мы приехали, я спросил у местной девушки, которая сдавала нам квартиру: «Познакомьте нас с какими-нибудь китайцами, которые работают здесь». Она говорит: «А у нас китайцы давно не работают. Они давно уже хозяева». Они работали 20 лет, стали хозяевами земли, теперь серьезные бизнесмены. Мы им не конкуренты — не собираемся сою выращивать. А за землю — не вижу проблем. Где мы выбрали себе гектар, китайцев пока нет.

Б.А.: Присутствие ощущается, но китайцев мало на улицах, единицы. Те, кто есть, не ассоциируют себя с переселенцами. Это люди, которые приезжают поработать — и уезжают. Они ментально не склонны к колонизаторству. Экономическая экспансия существует, конечно. Китайцы выращивают сою для своего рынка: работают китайцы, урожай и все деньги уходят в Китай. Единственное, что от этого получает Россия, — налог, который китайцы платят ежегодно — где-то три тысячи рублей с гектара в год. Для некоторых районов это, конечно, подспорье. Но волнует даже не то, что все деньги утекают в Китай. Меня заботят очень интенсивные методы сельского хозяйства. Понятна логика: что им до этой земли, она иссякнет — перейдут на другой кусок. Для экологии края это, конечно, губительно. Но с другой стороны, близость к Китаю дает огромные шансы, которые никто не использует. Безумное количество людей в Китае готовы ехать в Россию как туристы, а предложить им нечего.

Ваше впечатление от Дальнего Востока? Самое большое удивление?

М.А.: Из приятного — там есть просто фантастические люди — бизнесмены, чиновники, которые даже в трудных обстоятельствах умудряются делать что-то клевое. Замглавы поселения Ленинское Анна Тарасенко — просто лучший чиновник, с которым я в жизни встречался. Она открытая, добрая, отзывчивая, вся съемочная группа была очарована ей. Порадовало, что подтверждается наша теория: чем хуже — тем лучше. Отсутствие — это возможность.

Б.А.: Даже в районе, который последний во всех рейтингах, полно красивых мест, все неплохо с инфраструктурой, есть люди, которые что-то делают на местах. Жизнь бьет ключом гораздо сильнее, чем кажется, когда ты сидишь за несколько тысяч километров и смотришь на тот регион. Природная красота — ее очень много, и деятельные люди — их поменьше. Настроение «пора валить» главенствует, но есть примеры людей, которые добились успеха, причем все они, наоборот, приезжие — из Израиля, Новороссийска, Хабаровска. Для тех, кто там рождается и живет, пустота вокруг не является потенциалом, она угнетает. Допустим, в небольшом городе нет баров, значит, лучше переехать в Хабаровск. А для человека из Новороссийска, мы такого встретили: «Нет баров? О, значит, я могу открыть свой!»

— А что неприятно удивило? Митя в одном из выпусков сказал: «Обычная жизнь страшнее ужасов войны».

М.А.: Ужас и катастрофическое отсутствие перспектив у местного населения, которое просто хочет сбежать, — им даже по фигу куда. А кто не может уехать — просто медленно умирают, гниют. Мы встретили человека — это не вошло ни в одну из серий, — который сказал: «Мужики, вы с телевидения? Снимите меня, я предатель Родины». Мы удивились: «В каком смысле?» Он говорит: «Если сейчас фашисты придут, я к ним перейду. Я сидел в тюрьме, вышел — у меня нет ничего. Я не ел три дня, мне некуда идти. Я сейчас пойду кого-нибудь убью и сяду обратно в тюрьму». И это такой ужас, человек просто на дне — он не понимает, что ему делать, как и зачем существовать. Этот уже сдался, а есть те, которые еще борются: мы встретили женщину, у которой девять детей, она не пьет, не курит, старается для них. И это так больно. Мы не искали таких людей специально, просто приехали в два района. Две двести рублей на одного члена семьи в месяц — как так жить?

— А этим людям вы можете дать работу?

М.А.: Уже в момент съемок нам пришла идея: конечно же, у нас будет серьезная социальная составляющая в рамках создания нашего кооператива. Мы будем предлагать работу — возможно, не только людям с Дальнего Востока. Ты можешь получить бесплатно гектар, государство обязано тебе выделить лес на строительство — до девяноста кубометров. Получаешь землю и стройматериалы, остается только построить дом. С этим, возможно, поможет кооператив, пока не знаю — это же долгий проект. Но очевидно, что этих людей мы будем подключать, чтобы помочь им выкарабкаться. Здорово делать проект, который будет решать сразу несколько проблем, здорово, если еще и получится денег заработать на нем.

Б.А.: Мы должны помочь людям, которые как-то не могут себя найти в жизни. Но я как предприниматель знаю, с такими людьми очень сложно. Они, может, не по своей воле дошли до социальной апатии, когда сложно мотивировать человека на работу. Дело не в деньгах даже, люди просто разучиваются работать. Им просто нужно получить деньги один раз, чтобы пойти напиться. Потом ты не увидишь его на работе в течение двух недель. Это не так просто: раз — и беру на работу социально обездоленных людей. Нужно создавать специально психологический климат, привлекать психологов. Относиться к этим людям не как к работникам, а как к тем, кому нужна помощь. Чтобы происходила социальная адаптация, социальное возрождение людей.

— Митя в одном из выпусков говорил, что в местном магазине на вас продавщица посмотрела странно: мол, дураки, что ли, приехали за гектаром?

М.А.: Это обычная реакция всех — и здесь, и там: «Гектар? Ты чё, идиот что ль?» Ну, типа, обманут же. Поэтому мы и строим из себя дурачков в этом шоу. Хотя мы и есть дурачки. Просто серьезно к этому никто не относится пока что. Но вот когда мы заработаем первый миллион рублей, тогда люди серьезно начнут относиться. Когда заработаем сто, люди поймут, что мы были правы и нужно было с нами быть с самого начала. Но мы все равно будем всем рады. Нам важно показать весь процесс. Мы хотим, чтобы люди поверили в себя. И не только на Дальнем Востоке, это же везде работает.

— И все же, как местные на вас отреагировали?

М.А.: В селе Радде есть чудесное предприятие, его глава очень обрадовалась нам — в надежде, что мы будем сотрудничать. Она прям загорелась мечтой, что мы вернемся и будем вместе работать. Она всю жизнь работала на этот колхоз и теперь его некому отдать — дети разъехались, он не нужен никому. По сути, она его тянет, а зачем — не знает. А тут мы подвернулись.

— Хочу узнать про ваши безумные варианты развития бизнеса.

М.А.: Почему безумные? Они вполне себе нормальные! Теплица с помидорами, которая обогревается майнингом биткойнов, что в этом такого? Мы первые будем выращивать помидоры, которые мы уже назвали «битмидоры». Медовуху делать сложнее, чем битмидоры! Теплица — ты ставишь рядом майнинговую ферму, это может быть одна коробочка, может быть десять, подключаешь к интернету, она выделяет много тепла, за счет него теплица всегда в рабочем состоянии. Битмидоры мы собираемся продавать. Мы и теплицы эти собираемся продавать! Хотим сделать готовое решение, которое сможем продавать в любой конец света.

Б.А.: В проекте майнинговых теплиц есть пиар-составляющая, хочется выстрелить, привлечь внимание. Но это не так абсурдно, как кажется на первый взгляд, потому что действительно существует большая проблема в связи с утилизацией тепла, которое возникает при майнинге. Очень перегреваются платы, они перестают работать. Многих в мире посещает мысль — как использовать это тепло? На самом деле в России уже существует компания, которая производит отопительные котлы и радиаторы, в которые встроены специальные платы для майнинга биткойнов. Человек отапливает помещение и одновременно майнит. Если бы все майнеры мира были отдельной страной, они бы использовали электричества примерно столько, сколько Белоруссия вся. Наша задача — сделать майнинг экологичным.

— Какие еще у вас были идеи бизнеса?

М.А.: Производить молоко. Есть два типа белка А1 и А2. Есть люди, у которых непереносимость лактозы. На самом деле это всего лишь непереносимость белка А1. Общемировой тренд в развитии молочной продукции — выпуск молока с белком А2. Мы хотим подключиться к этому тренду.

— Митя еще хотел медовуху делать. Это для удовольствия?

М.А.: Нет, это серьезный бизнес-проект. Это вообще все серьезные бизнес-проекты! Медовуха — это лишь один из подпроектов. Проект называется «Хаб по переработке меда». Местные производят так много меда, а продавать его некому. Мы уже ведем переговоры с очень крупной компанией по производству пива, чтобы они вошли в этот проект, помогли создать производство и стали бы нашими партнерами. Это выглядит, как хиханьки да хаханьки, но мы серьезно собираемся стать миллионерами и серьезно собираемся привлечь огромное количество инвестиций и изменить все. Для нас это важная история: надо делать в своей стране максимум, чтобы люди не сидели на диване или на печи.

Екатерина Фомина

 

Последние новости
Сумма помощи Вексельбергу составила 550 млрд. рублей бюджетных средств. Схема выделения средств самая…
Главная неожиданность – министром сельского хозяйства станет Дмитрий Патрушев.…
Власти говорят о повышении пенсионного возраста как о деле решённом, хотя данную инициативу…